Петербургский парадокс: дисциплинарный вывод (3/3)

Первая часть здесь, вторая — здесь.

Петербургский парадокс: дисциплинарный вывод (3/3)

Первая часть здесь, вторая — здесь.

Связка с парадоксом

Здесь идеи Якоба и Даниила Бернулли смыкаются. Длинная позиция в ОФЗ — это та же ставка на «бесконечность», только в маленьком масштабе. Каждый базисный пункт дальнейшего снижения ставки повышает цену длинной бумаги, и пока траектория считается устойчивой, нет внутреннего ограничителя на размер позиции. Полезность каждого следующего процентного пункта добавления к 26254 кажется одинаковой — как и у бесконечной игры Бернулли.

Но апостериорный факт перерисовывает граничные условия одним заседанием. И тогда становится видно: тот, кто не поставил себе «cap» — точку, после которой добавлять не имеет смысла, даже если арифметика сходится — заплатил за переоценку режима.

Важный нюанс: это не значит, что длинные ОФЗ перестали быть осмысленной позицией. Текущая доходность к погашению уже закладывает почти отсутствие ожиданий дальнейшего снижения ставки — а с этим тезисом ещё надо поспорить. Большая устойчивость длинной бумаги к смещению планов ЦБ «вправо» — её свойство, а не баг. Между флоутером с риском снижения доходности и длинной ОФЗ с гарантированным долгосрочным carry разумно выбрать второе как основу. Но размер позиции — это другой разговор. Тот, кто 19 июня держал в 26254 от 25% до 30% портфеля, и тот, кто держал 18% — оба получили апостериорный факт, но не одинаково.

Что в итоге

Главная ценность связки Якоба и Даниила Бернулли — не в том, чтобы спорить с рынком про SpaceX. А в том, чтобы каждый раз спрашивать себя:

— Где у меня в модели ограничитель? Если нет точки, в которой дополнительный потенциальный выигрыш становится пренебрежимо малым — модель сломана.

— Какая часть моей уверенности — априорная, а какая выдержит первый апостериорный факт? Если позиция держится только на экстраполяции тренда или на встроенной презумпции «всё работает как раньше» — она не выдержит сообщения, которое выпадет в одном заседании из десяти.

— Какие тихие допущения зашиты в мою цену? Часто самые опасные — те, которые не сформулированы. «Слаженная работа» экономического блока была именно таким — пока её не назвали и не отменили.

Маск и ОФЗ 26254 — разные масштабы одной задачи. Единственная защита — не отказ от участия (часто это слишком дорого), а дисциплина выхода до того, как апостериорный факт сделает её за тебя. Сегодня закладывается «бесконечность» — завтра она пересчитывается обратно к чему-то конечному. Кто вышел первым — собрал премию за неопределённость. Кто остался — заплатил за переоценку режима.